Мария Козакова и Иван Замотаев: «Первый год после рождения дочки мы были как зомби»

Мария Козакова и Иван Замотаев: «Первый год после рождения дочки мы были как зомби»

Звездная пара поделилась интересными подробностями своей лав-стори, рассказала о подрастающей дочке Иванне и о том, как строятся отношения с ее бабушкой, актрисой Аленой Яковлевой

Их чувство было похоже на вспышку, настолько яркую и мощную, что в ее свете каждый в первое же мгновение увидел свою судьбу. Мария Козакова и Иван Замотаев вместе уже пять лет, а их дочке Иванне скоро исполнится два года. О том, как изменились их отношения — в интервью журналу «Атмосфера».

Как вы себя ощущаете с маленьким ребенком, вошли в нормальный ритм жизни?

Мария: Ваня работает еще больше, чем раньше. Я через три месяца после родов вошла в режим. В прошлом году много снималась, у меня было шесть проектов. Мы как раз из тех родителей, которые стремятся жить и вне дома. А дома, конечно, все вертится вокруг Ивашеньки. У нас режим: это полезно и для нервной системы дочки, всего организма, да и нам удобно. Когда мы знаем, что она уснет в определенное время, можем запланировать на этот промежуток свои дела, потому что у нас гиперактивный ребенок, рядом с ней нельзя заниматься ничем, она требует очень много внимания.

Долго длился период, когда вам было очень тяжело с малышкой?

Мария: Первый год был безумно тяжелым, несмотря на радость от рождения Иваши. Она почти не спала ночью, я уставала от постоянных кормлений, а Ваня очень много работал. Сейчас у нас почасовая няня, но она появилась через семь месяцев. Я совсем не спала, так как не умею спать днем, в первый год была просто как зомби, при дикой усталости жила на каком-­то адреналине, и откуда-­то бралась энергия. Сейчас справляемся вместе, но уже нет такого напряжения, состояния выжатого лимона, и можно спать ночью. Но мне достаточно быстро стала понятна вся система ухода за ребенком. Благо в наше время есть большое количество инструментов, которые очень помогают: памперсы, стиральные и сушильные машинки, этого всего не было в моем детстве и в Ванином тем более. Плюс доставка еды — поэтому жаловаться грех.

Иван, вы себя так же чувствовали? Правда, вас же дома почти не было, на гастролях и спать можно хорошо…

Иван: Я работал и зарабатывал. Но когда был дома, старался во всем Маше помогать и вставал ночью тоже.

Мария: Конечно, Ваня всегда старался помогать и никогда не ложился в другой комнате, чтобы выспаться. Просто в первый год это было бессмысленно, только я могла справиться с частыми кормлениями. А когда это все закончилось и мы отучали Иванку от груди, то и Ваня вставал ночью к ней, если она просыпалась.

Иван, а почему у вас настолько увеличилась загруженность? И это больше композиторская, музыкальная деятельность, чем актерская?

Иван: Так получилось, что я стал играть по двадцать пять– двадцать шесть спектаклей в месяц — несколько антрепризных компаний, и как приглашенный артист я активно задействован в театре «Русская песня». Плюс моя композиторская деятельность, в этом году я выпустил четыре огромных спектакля. К оте-чественному кинематографу я отношусь спокойно, мне театр всегда больше нравился, я там чувствую себя более комфортно. Приглашают сниматься, я иду, никогда не отказываюсь от работы, поскольку отношусь к своей профессии как к профессии, без высокопарных слов. Надо провести корпоратив — веду, сыграть концерт — играю.

Мария, у кого-­то профессия — это диагноз, несмотря на количество детей, а у кого-­то роль мамы, по крайней мере в первое время, перекрывает творческую реализацию. А у вас?

Мария: Я всегда радуюсь, что у Вани очень много работы, но из-­за того, что сама какие-­то периоды сидела дома с ребенком, начинала поднывать, потому что сама очень скучала по профессии. Не знаю, к сожалению или к счастью, но я еще больше захотела работать. Может быть, все идет из семьи, у меня мама (актриса Алена Яковлева. — Прим. авт.) никогда не отсиживалась дома.

Иван, когда появляется ребенок, многие мужчины жалуются, что им достается меньше внимания жены…

Иван: Понимаю, о чем вы говорите, но у меня такая замечательная жена, что она нам всем внимание уделяла.

Вы стали отцом в третий раз. Сейчас это событие воспринимается более спокойно?

Иван: Каждый ребенок — это огромное счастье. И когда ты около сорока лет становишься отцом, испытываешь совершенно другие ощущения. В таком сознательном возрасте ты уже не можешь оторваться от ребенка, но это не отменяет счастья от рождения двух других детей.

А при рождении Иванки вы присутствовали?

Иван: Нет, я против таких экспериментов. Мне больше нравится, когда мама показывает ребенка в окошко третьего этажа. (Улыбается.)

Мария: И я совершенно не хотела партнерские роды. При том, что Ваня всегда рядом, заботится. Я была всю беременность в жутком, тяжелом состоянии и рано ушла в декрет, в полтора месяца беременности. В партнерских родах я вижу модную тенденцию, хотя кто-­то хочет их искренне. Меня присутствие Вани отвлекало бы, и главное, я не уверена, что мужчине вообще нужно видеть это. На мой взгляд, есть процессы, которые природой заложены для женщины, а не для двоих.

Мария Козакова и Иван Замотаев: «Первый год после рождения дочки мы были как зомби»

Мария, а мама в тот момент была рядом?

Мария: Нет, мама же не ходит со мной к врачу. Есть вещи, которые я должна делать сама. С работой то же самое, кстати. И даже когда я родила, с трудом принимала помощь. Мама говорила: «Давай я приеду, посижу с Ивашей, а ты поспишь», но я не могла в это время спать. Не могу объяснить почему, но мне это трудно дается. Хотя когда я приехала домой с новорожденной дочкой, мама в этот день работала, у Вани был концерт, и я осталась с ней в буквальном смысле одна. К тому же в больнице у меня было тяжелое восстановление, я практически ничего с ней там не делала, только кормила. И у меня в руках оказался этот комок, я не знала, что с ним делать, у меня не было никаких инструкций и помощников. Благо мне подруга показала по видео с игрушечной обезьяной, как сделать элементарные процедуры (смеется), но, конечно, в первый момент у меня была паника. Я в принципе паникер в плане ребенка, хотя сейчас уже успокоилась.

Иван, у вас уже есть и сын, и дочка, кого хотелось в этот раз?

Иван: Поначалу мне больше хотелось сына, но когда после УЗИ я узнал, что это девочка, представлял, что она будет похожа на маленькую Машу, и уже любил ее, естественно. Но потом родилась не маленькая Маша… (Смеется.)

Мария: А маленький Ваня. У меня был шок от того, что в этом ребенке нет вообще ничего от меня. (Смеется.)

А как вы выбирали имя? Оно такое редкое.

Мария: Мы долго думали об этом, потому что мне нравились интересные, не совсем русские имена, например, Мия, Амелия, но Ваня меня быстро осек с этими фантазиями.

Иван: Потому что с такой фамилией, как у меня, они будет странно звучать.

Мария: Потом у меня возникло имя Мишель, оно красивое, подходит для девочки, которая, как предполагалось, будет похожа на меня. Но потом мама сказала: «Замотаева Мишель Ивановна? Вы с ума сошли?» В результате мы так и не выбрали имя до самого рождения. А она родилась такой похожей на Ваню, и имя Иванна почему-­то возникло с разных сторон. Мы посмотрели именины, увидели, что там практически полное попадание по дате, и поняли, что это имя очень подходит ей.

Вы поженились через два года после знакомства?

Мария: Мы встретились в 2018 году. В 2020-м был пик ковида, но Ваня сделал предложение до этого, мы стали готовиться к свадьбе, не хотели отменять ее, переносили, в итоге торжество было в августе. В 2022-м родилась Иваша.

Расскажите ваши версии знакомства.

Мария: Я поехала на фестиваль в Ессентуки, никак не планировала встретить свою судьбу и оформила себе еще десять дней санаторного курорта. Пошла на спектакль «На каблуках», где у Вани бенефисная роль, он играл нескольких персонажей, еще и пел со своей группой. И я, что называется, была покорена его талантом. После спектакля на банкете, где он тоже пел, я подошла к нему и сказала: «Иван, вы такой талантливый!» Это вообще мне несвой­ственно, я ни к кому первой не подхожу, а тут решилась, потому что посмотрела на него и подумала: «Вот такого мужа я бы хотела». (Смеется.) Потом были фестивальные посиделки до утра. Мы много разговаривали. А дальше у меня начались санаторные процедуры, и, несмотря на лечебно-­старческие дела, все закрутилось. (Смеется.) Что ты подумал, Вань, когда меня увидел?

Иван: Что такая очаровательная девушка просто не посмотрит в мою сторону. А потом оказалось, что легкая симпатия есть.

Мария: Ваня кокетничает, он никогда не был обделен женским вниманием. Он знает, что талантливый, поэтому его это не удивило. (Смеется.) Он должен был улетать, но поменял билет, остался еще на несколько дней. Оставшееся время моего курорта мы общались по телефону, а потом Ваня встретил меня в аэропорту, и больше мы не расставались.

Мария Козакова и Иван Замотаев: «Первый год после рождения дочки мы были как зомби»

И как вы решились начать жить вместе через десять дней…

Мария: Просто, когда ты чувствуешь, что это твой человек, не хочешь расставаться, и какие-­то стереотипы уходят на второй план, тем более когда уже есть некий опыт за плечами. Хотя замуж каждый раз я, конечно, не выходила. И у нас случилась такая искренняя история, что мы почувствовали — нет смысла играть в какие-­то игры.

Как шла притирка?

Мария: Мне кажется, у нас изначально не было никаких бытовых проблем, и в карантин тоже. Правда, после родов я начала маниакально следить за порядком, и вот тут порой возникали разногласия. Ваня легче к чему-­то относится, а я более занудная, дотошная, но это все мелочи. Если говорить о глобальных вещах, о жизненных принципах, то мы во всем сходимся.

А кто у вас готовит?

Иван: Мы отдельно питаемся, потому что я не ем мясо пять лет. Могу сам что-­то сделать, иногда заказываю еду. Я знаю мужчин, которые считают, что женщина должна готовить, и чтобы каждый день было новое блюдо, но мне это все неважно.

Мария: Ваня говорит, что если бы не был артистом, композитором и певцом, то стал бы поваром. У него природный дар. А я, только родив ребенка, стала варить суп каждый день и вторые блюда осваивала. Раньше у меня было больше времени, и я могла приготовить что-­то для нас двоих. Но в целом у нас кардинально разные вкусы. Ваня любит все с диким количеством приправ и соусов, а я предпочитаю чистые продукты, иногда ем даже без соли. Мне повезло, муж не требует от меня никаких бытовых подвигов, у нас кто свободен, тот и делает что-­то по дому.

А в каких-­то еще вкусах вы расходитесь?

Мария: Мы сериалы любим вместе смотреть и в основном совпадаем во вкусах. Хотя какие-­то жанры Ване больше нравятся и наоборот. Делали ремонт большой квартиры и во всем находили компромисс. Хотя, например, я люблю антикварные вкрапления, а Ваня — исключительно все новое, современное, но минимализм нравится нам обоим.

Иван, а вы умеете что-­то делать руками?

Иван: Нет, ничего.

Даже если выключился свет, вы не попытаетесь включить автоматы в коридоре?

Иван: Нет, я чистый художник. Считаю, что кто-­то должен хорошо лампочки вкручивать, а кто-­то музыку писать.

Мария: Благо я не считаю, что это необходимо.

Иван, общаясь с Аленой Яковлевой, я поняла, что она вас очень любит…

Иван: Да, как-­то так, слава богу, получилось.

Помните, как познакомились? Вы подобрали ключик к ней?

Иван: Я никогда ключиков не подбирал, это все не люблю. Мы просто познакомились и поняли что-­то друг про друга. Думаю, Алена почувствовала, что я настоящий.

Мария: Вообще Ваню сложно не полюбить, и так сложилось, что они существуют на одной волне. Мама говорит, что у них одна группа крови. Я не всегда вписываюсь в их компанию. Плюс Ваня с уважением относится к маме, и если ей нужна какая-­то помощь, всегда поможет.

Они похожи между собой больше, чем вы с мамой?

Мария: Я в принципе совсем другая, может быть, очень похожа с бабушкой, маминой мамой, которой уже нет, к сожалению. С мамой мы в каких-­то вещах совпадаем, но вообще мы разные. А они могут бесконечно обсуждать и творчество, и новости, и многое другое — и сходиться во взглядах.

У вашей мамы не возникло какого-­то предубеждения: ведь это не первый брак Ивана?

Мария: Мне кажется, это стереотипы. Тем более, мама знала, что хоть я замуж и не выходила, за плечами тоже есть опыт. У некоторых мужчин огромная биография, но они всегда свободны. Ваня же — человек старых порядков, и если женщина с ним, а к тому же еще и ребенок появляется, он считает, что должен жениться.

Сравнивая, вы понимаете, что это настоящая любовь?

Мария: Не знаю, если бы мы встретились с Ваней пятнадцать лет назад, случилось бы так, как сейчас, или нет. И слава богу, что у него есть двое прекрасных детей. А все отношения разные, и каждые для чего-­то были нужны. Безусловно, того чувства, которое я испытываю к Ване, до этого я не испытывала никогда. Он — мужчина моей жизни. Не лукавлю, я никогда ни про кого не думала так при самых сильных влюбленностях. Вот такого я мечтала встретить всегда, он идеальный мужчина.

Иван: Когда я встретил Машу, тоже подумал, что она моя женщина. А вообще я сейчас ко многому отношусь по-­другому, что-­то переосмыслил, и то, что десять лет назад заставило бы меня сильно переживать, сейчас считаю ерундой.

Мария Козакова и Иван Замотаев: «Первый год после рождения дочки мы были как зомби»

А вас не смущало, что вы попадаете в такую именитую семью — я о Машиных корнях?

Иван: Я вообще не думал об этом, честно признаюсь. Хотя, конечно, знал про их семью. Но я в этом смысле простой человек, мне важны мои чувства к женщине, а не из какой она семьи.

Мария: У Вани достаточно собственного достоинства, чтобы не переживать по этому поводу. Понятно, что мой дедушка — знаменитый артист, но, по сути, мы все люди одной профессии.

Иван: Юрий Васильевич Яковлев — великий русский артист, я обожаю его. Но какого-­то трепета я не ощущал, был спокоен. Наверное, будь я помоложе, этот трепет был бы. (Улыбается.)

Вы упоминаете Юрия Васильевича Яковлева, но и Михаил Михайлович Козаков — легенда, и это гены, да еще учитывая, что Маша носит его фамилию…

Мария: Но он меньше ко мне имеет отношения, я с ним виделась три раза в жизни.

Ваня, вам нравится, как Маша одевается, участвуете ли вы в выборе ее нарядов и приятно ли вам, когда она идет с вами, и на нее обращают внимание?

Иван: У Маши проблем со вкусом никогда не было. Если она выходит куда-­то, на нее всегда все обращают внимание, с этим ничего не поделаешь. Мне, конечно, это приятно, чего лукавить.

А вы модник?

Иван: Я пижон в хорошем смысле слова. (Смеется.) Когда я выхожу после спектакля, зрители часто стоят у служебного входа. И вообще, я считаю, что актер должен всегда хорошо выглядеть, даже когда идет мусор выбрасывать.

Вопрос бюджета на эту статью вас волнует?

Иван: Обувь, ремень, часы и очки должны быть дорогими. Остальное не так важно, но я, например, часто веду мероприятия, на которых не могу, условно говоря, быть в дешевом костюме и ботинках за пять тысяч руб­лей. Это необходимые траты. И я считаю, лучше купить одну дорогую вещь, чем десять дешевых. Маша как раз в этом смысле спокойна, она никогда за брендами не гонялась. Для нее главное, чтобы костюмчик сидел, неважно, что там написано.

А во всем остальном вы такой же любитель престижа? Какая у вас машина, например?

Иван: С машинами я вообще покончил, поскольку мы живем в центре. Точнее, одна в семье осталась, на которой мы на дачу ездим. Если я к родителям еду, беру в прокат машину, это и дешевле, и удобнее, не нужно думать о резине, о техобслуживании, что отнимает лишнее время и мысли. Летом вообще предпочитаю ходить пешком. Для меня все это не слишком важно. Главное для нас обоих — семья, родные и наша любимая профессия.

Источник материала: Onwomen.ru

andrei22111965

Добавить комментарий